aif.ru counter
Алёна Овчинникова 1229

Медаль «За отвагу» в 11 лет. Как Саша дошёл до Берлина и встретил Победу

В начале войны парнишка потерял все связи с родными, и на четыре страшных года его семьёй стал полк.

Всего у Александра Яковлевича Матвейчука 34 боевые награды.
Всего у Александра Яковлевича Матвейчука 34 боевые награды. © / Мария Сафина / АиФ

Всё меньше остаётся свидетелей страшной трагедии. 89-летнему Александру Матвейчуку было всего 11 лет, когда началась Великая Отечественная война. Парнишке из восточной Украины не удалось эвакуироваться с мамой и сёстрами, и, чтобы не остаться на занятой немцами территории, он стал сыном полка.

Как ученик пятого класса оказался на фронте, как воевал и получал награды и ранения, читайте в материале «АиФ-Прикамье».

Медаль и госпиталь    

Алёна Овчинникова, «АиФ-Прикамье»: Александр Яковлевич, где вас застала война?

Александр Матвейчук: Мы с родителями жили в Краматорске на Донбассе. Нас было трое: две сестры и я. Когда началась война, младшей сестрёнке было всего четыре месяца, и нам предложили эвакуироваться. Отец спросил у начальника эшелона, можно ли для четырёхмесячной дочки взять перину. Тот ответил категорическим отказом. Тогда вместо меня в вагон положили перину, а я остался дома с отцом, так как он был военный. В начале июля 41-го в наш город пришёл Первый гвардейский кавалерийский корпус, отступавший из Молдавии. В квартиру к нам поселили командира эскадрона разведки. 24 августа отца послали за город взрывать бензобаки, а немцы в это время сбросили на город десант. Командир сказал мне: «Мы уходим, тебе тоже опасно оставаться. Отец твой отрезан высадившимися немцами. Пойдёшь с нами?». Так я стал воспитанником кавалерийского корпуса второй гвардейский дивизии. Мы начали отступать на восток. И только подошли к Киеву и переправились на ту сторону Днепра, как с тыла подошли немцы. Командиры приняли решение погрузить нас в эшелоны и отправить под Москву.

- То есть в 11 лет вы потеряли с родными связь?

- Да, о судьбе мамы с сёстрами и отца я ничего не знал до 1945 года. Моей семьёй стал полк. Когда мы оказались под Москвой на станции Кашира, мне поставили задачу: носить документы из дивизии в полки. Расстояние было километр-два, а морозы в декабре 41-го стояли крепкие. Ростом я был маленький. Белый маскхалат солдаты мне подштопали и подвязали. Однажды я шёл в восьмой полк. Навстречу мне женщина вела раненого старшего лейтенанта в окровавленном полушубке. Я отнёс пакет, возвращаюсь -  вижу, они сидят под деревом. Спрашиваю, не надо ли помочь? Лейтенант попросил меня проверить, нет ли впереди фрицев. Я на корточках подошёл к берегу – там стоял танк, а около него сидели три немецких солдата, руки у костра грели. Я вернулся, доложил.

- Ты когда-нибудь противотанковую гранату кидал? - спросил меня лейтенант.

- Ни разу в жизни, даже не знаю, как это делать, - ответил я.

Лейтенант достал из вещмешка гранату и объяснил, как скобу дёргать и как кидать. Я подполз к фрицам, дёрнул чеку, кинул. Раздался взрыв. И я бегом обратно.

- Слышал, слышал, молодец, - похвалил меня лейтенант, и мы втроём стали добираться до штаба дивизии.

На другой день в дивизию позвонили. Оказалось, я уничтожил тех троих фрицев и танк. Начальник политотдела вызвал меня к себе и похвалил.

- Награду за подвиг дали?

- Да, самую высшую в то время - медаль «За Отвагу!». Только нашла она меня в госпитале. Однажды, перед тем как нести бумаги в полк, зашёл на нашу полевую кухню. В этот момент начался обстрел. Шарахнуло так, что повару обе ноги оторвало, а меня ранило в правое лёгкое и вырвало левую барабанную перепонку. Повезло, что я под бричкой сумел спрятаться, иначе бы не выжить - такой силы был обстрел. Когда всё стихло, медсестра подбежала и перевязала меня. На тележке раненых повезли в дивизию, а оттуда - в госпиталь в Киргизию. В пути мы были месяц. Однажды в палату к нам зашёл замполит и сказал: «Матвейчук, поздравляю. Тебе пришла медаль «За отвагу»!

«В детский дом не поеду»

- После выписки из госпиталя вернулись в строй?

- Да, но для этого мне пришлось бежать из госпиталя. Перед самой выпиской врач мне сказал, что на днях направят меня в детдом.

- Я в свою часть хочу! – сказал я.  

- Не положено, тебе двенадцатый год всего. Никаких воинских частей, только в детский дом! – отрезал доктор.

- Ну-ну, думаю. Встал ночью, собрался и пошёл. Чтобы добраться до Фрунзе, нужно было преодолеть 25 км. Прошёл их пешком. Там на железнодорожном вокзале спрятался в ящик под вагон, где хранятся детали, и поехал в Ташкент. По дороге промёрз до костей, но выдержал. В Ташкенте пришёл к коменданту вокзала и рассказал свою историю. Тот дал мне фуфайку, ботинки и договорился с солдатами, которые ехали на Москву, чтобы взяли меня с собой и спрятали на третью полку. Когда шёл патруль, один солдат ложился на третью полку и спиной меня закрывал. Так я и добрался до своей части.

- Расскажите про переломный момент в войне.

- Через некоторое время после моего возвращения нас отправили в Сталинград. Там мы заняли тракторный завод и удерживали его с августа по декабрь. Бои шли с переменным успехом: то немцы обстреливали нас, и мы по несколько дней сидели на третьем этаже голодные, то наше подразделение выбивало их, и мы спускались вниз. Во время одного из таких боёв 4 декабря 1942 г. прострелило мне обе ноги. Меня отправили в брянский госпиталь. После лечения вернулся в свою часть, и вот тогда наша армия пошла в активное наступление. Наш эскадрон разведки в боях не участвовал, но задачи выполнял непростые. Когда мы подошли к Киеву, мне с 14-летним товарищем дали задание пробраться в тыл к немцам, пройти 36 километров вдоль Днепра и запомнить, где сколько танков стоит, какая артиллерия есть. Нас переодели в гражданскую одежду и переправили на ту сторону реки.

- Вы пацаны, вас никто не тронет. Если попадётесь - говорите, что идёте в детский дом в Гомель, - проинструктировали нас командиры.

Но сразу же на берегу мы попали в руки бандеровцев. Они надавали нам по ушам и привели к немцам. Те порешали что-то между собой и отпустили нас. Мы пошли по деревням. Прошли, всё запомнили. В последней деревне Катышево упросили местного старика, чтобы переправил нас обратно. Он сначала не хотел, но потом согласился. Когда мы доплыли до середины реки, наши открыли огонь. Все мы, кто был в лодке, заорали: «Перестаньте стрелять, мы русские!». За добытую информацию нас с парнишкой потом наградили орденами Красной звезды.

Я на прямой линии

- Где встретили День Победы?

- Со своим полком дошёл до Берлина, был там в мае 45-го! Помню, как четвёртого мая война закончилась. В три часа ночи мы услышали автоматную стрельбу. Вскочили, выбежали -  оказалось, стреляли наши соседи. Кричат, радуются.

- Что случилось? - спросонья спрашивали мы.

- Вы что, не знаете? Победа! - кричали они.

Утром всем дали по 150 граммов водки. Я, конечно, не пил. И без водки радовался, что живым остался. Потом начали возвращаться домой: Прага, Братислава, Будапешт… 21 августа 1945 года нашу часть расформировали. Меня уволили в связи с недостижением призывного возраста и отправили домой.

- Вы разыскали свою семью?

- Да. Все мои родные выжили. Все эти годы я не имел представления, где были родители и сёстры. Чтобы найти их, приехал в Москву, где жила моя тётка – мамина сестра. Она рассказала, что семью эвакуировали в Оренбург. Поехал туда. Адрес до сих пор помню: площадь Динамо, 2, квартира 10. Прихожу, стучу в дверь, мама спрашивает:

- Кто там?

- Это я, Алик (меня в семье не Александр, а Алик называли).

- Какой Алик?

- Сын твой! Открывай.

- Алька, Алька, откуда ты? Мы и не надеялись, что увидим тебя.

Мама плакала, рядом бегала младшая сестрёнка. Вторая сестра на шею бросилась. Потом отец пришёл, давай обнимать, целовать.

- Мы уже думали, что ты там, за поворотом, - сказал отец.

- Нет, - говорю, - я тут, на прямой линии.

Когда вспоминаю это, у меня всегда слёзы текут.

Началась мирная жизнь. Я поступил в вечернюю школу, так как до войны всего четыре класса окончил. Ещё пошёл учеником токаря-карусельщика на завод. Проработал там до 18 лет, и меня вновь призвали в армию. С воинским делом связал всю свою жизнь.

- Как вы празднуете 9 Мая?

- До 2000 года каждый год ездил на парад Победы в Москву. Встречался с ветеранами, шёл в общем строю. Общался со школьниками. Сейчас мне, к сожалению, тяжело стало ходить, поэтому праздную дома. Но и здесь меня не забывают. 

- Родные рядом? Помогают?

- Я сейчас живу в Перми со своей женой Серафимой. Мы всю жизнь прошли бок о бок. Она 32 года проработала в отделе кадров в воинской части, где я служил. У нас двое детей: сын и дочь. Только вот сына, который работал на ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, уже давно нет в живых. У нас трое внуков и один правнук, кто-то живёт в Германии, кто-то  - в других городах России. Пенсии нам хватает на всё с лихвой. По дому всё делаю сам. Хотя здоровье немного подводит. Однако стараюсь вести активный образ жизни.

ДОСЬЕ
Матвейчук Александр Яковлевич, род. 11 декабря 1929 г. в г. Краматорске В 1941 г. стал сыном полка в Первом гвардейском кавалерийском корпусе, имеет 34 боевых награды. В 1947 г. призван служить в армию, поступил в Харьковское военное училище. В 1953 г. его отправили служить в Баку. В 1955 г. поступил на высшие юридические курсы МВД СССР во Львове. 1958-1968 г. служил во внутренних войсках сначала в Перми, затем - в Ныробе. До 1977 г. прослужил командиром воинской части в Соликамске. В 1989 г. ушёл на заслуженный отдых.

 

 


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета Газета

Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Куда сообщать, если увидел браконьеров с сетями?
  2. Куда мигрируют прикамцы?
  3. Как изменится платёж за вывоз мусора в Прикамье?
  4. Пропускать ли пожарных, нарушая ПДД?
  5. Кто пойдёт на пенсию раньше?
  6. Когда в Перми откроются пляжи?
Объединять ли школы в Перми?